Адвокат Пушкина

Арбитражный адвокат, который в свободное от работы время переводит стихи и прозу Пушкина на английский язык, – явление неординарное. Вряд ли среди наших знакомых найдется хоть один такой. Если это, конечно, не Джулиан Генри Лоуэнфельд – ветеран судебных тяжб из Нью-Йорка, по совместительству – композитор, поэт, драматург, переводчик с восьми иностранных языков. Джулиан начал учить русский, будучи студентом Гарвардского университета. Родители были против такого увлечения сына, вследствие его бесполезности. Но Джулиан его не бросил. Может быть потому, что тяга к русскому языку передалась ему по наследству от прадедушки, Рафаэля Лёвенфельда — немецкого слависта, критика, театроведа и просветителя, который был другом Льва Толстого, переводчиком его сочинений и автором первой биографии писателя на немецком языке («Разговоры о Толстом и с Толстым»). Рафаэль Лёвенфельд дружил с Федором Шаляпиным, Владимиром Немировичем-Данченко, Рейнгольдом Глиэром. В его доме гостили Владимир Набоков, Сергей Рахманинов, Сергей Кусевицкий. Когда семья Лёвенфельдов эмигрировала в Америку, связь с русским языком была потеряна. Спустя два поколения, Джулиан восстановил ее. Благодаря этому, появились новые переводы на английский Анны Ахматовой, Осипа Мандельштама, Сергея Есенина, Федерико Гарсиа Лорки, Иоганна Гёте, Франческо Петрарки и, конечно, Александра Пушкина.

Последний для него – не просто поэт, а «свет, солнце, духовное противоядие, которые способны излечить от современной депрессии, пессимизма и безнадежности». Пушкина, в отличие от Толстого и Достоевского, практически не знают в Америке. Поэтому Джулиан стал делать переводы его стихов и прозы, чтобы поделиться ими с окружающими, друзьями и своей семьей. При переводе ему удалось сохранить оригинальную ритмику стихотворений Пушкина. Даже если вы не говорите по-английски, вы все равно узнаете стихотворение великого поэта:

I loved you once, and still, perhaps, love’s yearning
Within my soul has not quite burned away.
But may it nevermore you be concerning;
I would not wish you sad in any way.

My love for you was wordless, hopeless cruelly,
Wracked now by shyness, now by jealousy,
Yet I loved you so tenderly, so truly,
As God grant by another you may be.

Джулиан, как и многие, был знаком с переводами Пушкина на английский Владимира Набокова. Однако стихотворения Пушкина в переводе писателя напоминали ему «безжизненный музейный экспонат, приколотый к стеклу с этикеткой на латинском языке». Набоковский метод основывается на максимальной дословности перевода. Ради нее писатель приносит в жертву все: «элегантность, музыкальность, прозрачность, изящество, свежую современность и даже иногда грамматику». Лоуэнфельд, напротив, считает, что главная задача переводчика — передать «мурашки», ведь «поэзия — странное искусство: надо передать словами то, что невозможно передать словами. Это выражение особого состояния души, при переводе его нужно пережить, понять и пересказать, причем максимально простым языком, иначе, если ты будешь задумываться над каждым словом, то вообще ничего не переведешь. А если переводить ощущения, то получается очень четко и точно».

Забыв о том, что переводчику не стоит задумываться над каждым словом, Джулиан бился над «Маленькими трагедиями» Пушкина пол года. У него ничего не получалось (выходило), пока на помощь не пришло такое стечение обстоятельств, как — поездка на остров Таити, 4 дня тайфуна, которые не позволили ему выйти на улицу и полное отсутствие электричества. И перевод был завершен. Познакомившись с ним, Михаил Барышников — балетмейстер, владелец центра искусств в Нью-Йорке, решил поставить их у себя. Так в ноябре 2009 года четыре маленькие трагедии впервые зазвучали со сцены на английском. В постановках приняли  участие: бразильский пианист, композитор, джазовый импровизатор, Луис Симас, бродвейские шекспировские актеры-Питер фон Берг, Брандон Рукдалш, Стив Иночензи, Джон Ланард Томпсон, Роберт Карин; Карин Чепмэн, Ника Леони и сам Джулиан. Однако он не стал ограничиваться ролью переводчика и актера: он написал музыку к спектаклю и совместно с Натальей Колотовой, режиссером-ассистентом Санкт-Петербургского Малого театра, срежиссировал его. В премьерный день показа зал заполнился эмигрантами из России, которые пришли посмотреть на невозможное. Никто из них не верил в то, что Пушкин может звучать на английском правильно и красиво — Тимур Калимов, русский эмигрант из Ньй-Йорка, присутствовавший на премьере: “It’s difficult to imagine getting everything right the way Pushkin did,” he said. “Actually, it’s impossible.” (“Трудно представить себе то, что, при переводе можно сохранить настоящего Пушкина. На самом деле это невозможно.”). Но Джулиану Лоуэнфельду удалось совершить невозможное.

Пушкинисты оценивают переводы Джулана не иначе, как «блистательные». В 2010 году он был награжден литературно-художественной премией «Петрополь», которая вручается за выдающиеся достижения в области литературы и искусства. Лоуэнфельд – первый иностранец, которому она была присуждена. Поводом к этому послужила книга «My Talisman, The Poetry and life of Alexander of Pushkin» – первое двуязычное издание произведений Пушкина. В книгу вошли более 140 стихотворений на русском и английском, некоторые главы «Евгения Онегина», и новая биография поэта. В оформлении книги использованы рисунки из рукописей Пушкина и его портреты, выполненные русскими художниками.

Но перевод, сочинение музыки, написание пьес, актерство это всего лишь хобби Джулиана. Он ни на минуту не забывает о своей профессии адвоката. Его волнуют вопросы глобального потепления, и сейчас он занимается правозащитной деятельностью в области экологии.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *