Тёплая встреча

Прекрасный и уже по-весеннему тёплый московский субботний день плавно перетекает в прохладный, но не менее прекрасный вечер. Гуляя по коридорам академии, то и дело бросаешь взгляд на афиши концерта класса Татьяны Абрамовны Зеликман – выдающегося педагога, воспитавшего немало известных пианистов, в числе которых любимый многими Даниил Трифонов. Тебя, конечно же, не может не охватить любопытство: ученики Татьяны Абрамовны всегда играют хорошо. Может, на концерте будут новые, ещё не известные никому звёзды. Заглянув в программку, понимаешь: будут играть школьники из Гнесинской десятилетки и студенты академии. За несколько минут до начала входишь в зал, где вот-вот должен начаться концерт, а свободных мест почти нет. Даже Зеликман с удивлением говорит кому-то (кажется, В. В. Троппу): «Я не ожидала, что будет такой аншлаг!»

Начали. Ребята играют интересно, профессионально, пусть и не без недочётов. Вот Александр Дудин исполнил французскую сюиту Баха d-moll. Никак не обошлось без эксцессов со стороны слушателей: кто-то слишком громко придвинул стул, у кого-то что-то упало, у кого-то случился приступ кашля. Одна женщина непонятно зачем достала блокнот и начала срисовывать окно над сценой. Скрип карандаша очень мешал слушать, но кто-то из зрителей, наконец, сделал ей замечание, и шум прекратился. Михаил Гордеев сыграл два экспромта Шопена, и так эмоционально, что даже его красивая концертная бабочка съехала на бок. Следом Павел Лагановскис играет Партиту a-moll. Бах выходит очень претенциозным, но несколько скомканным, словно не хватило времени осмыслить все задумки, интерпретацию целиком, не можешь отвязаться от мысли: «А не наслушался ли Павел Глена Гульда?». Следом Энджел Вонг и Шио Окуэ, школьники, играют Шопена: отличным звуком, с чувством, но и с головой при этом. А завершает первое отделение прекрасное, сорвавшее бурные овации, исполнение Жаном Редоном Партиты D-dur.

В перерыве все вышли из зала. Слушатели делились впечатлениями. А вот и Зеликман в окружении отыгравших учеников: видимо, проводит краткий разбор полётов. Кажется, кто-то расстроился или устал, кто-то, наоборот, смеётся. В какой-то момент слышно, как она говорит Мише о его бабочке, пытается её поправить, но она всё равно остаётся чуть набок. «Да она всегда сползает», – машет рукой Михаил и улыбается, – «мама сшила».

Постепенно все снова заходят в зал, и ты удивляешься: как же душно. По лицам окружающих видно, что все устали и непонятно, как отсидеть второе отделение. Но пока ты думаешь об этом, Татьяна Абрамовна объявляет первую исполнительницу – студентку Бочарову Дарью. Девушка играет Английскую сюиту d-moll. Играет хорошо, но твоё внимание вновь отвлекается на зал: у кого-то звонит телефон, после чего, кажется, женщина начинает разговаривать по нему прямо со своего места, хоть и шёпотом. Наконец, все успокаиваются. «Школьница Мишель Бушкова. Шуман, «Бабочки»», – объявляет Татьяна Абрамовна. И оказывается, что слушать девочку довольно тяжело. Её жалко, потому что на игру могли повлиять куча моментов, от незнакомого рояля, до простого волнения, да и она ещё ребёнок, но она слишком пережала звук, отчего звучало грубо, а бабочки больше походили толстых откормленных птиц. Прелюдия, фуга и вариации Франка, которые играет Владимир Лапин, словно открываю в тебе второе дыхание. После «Бабочек» музыкальная ткань кажется очень тонкой и изысканной. Думаешь: «Что за красота!», и непонятно, то ли на самом деле материал хорош, то ли Владимир так хорошо играет, что заставляет в это верить. Следом на сцену выходит «золушка» – Анастасия Ефимова в классическом чёрном платье, но в ярко-синих балетках, словно в хрустальных туфелеках из сказки. Она играет часть пьес из одноимённой сюиты Прокофьева. Очень игриво, задорно. Музыка звучит, а в зале снова началась возня – у соседки приступ ужасного кашля, кто-то перешёптывается, потому что внимание к концу концерта уже не то, мужчина рядом зачем-то ставит перед собой стул с ужасным грохотом и начинает что-то неистово писать.

Будет ли в финале что-то особенное? Школьница Екатерина Грабова должна будет сыграть 6 этюдов Скрябина ор.8. Как-то даже удивительно – школьница, и 6 этюдов? Вспоминаешь, как мучились друзья-пианисты в колледже, пытаясь сыграть только один из этого опуса. И это действительно финальный «сюрприз» от Татьяны Абрамовны. Катя играет очень здорово. Легко, словно это и не этюды вовсе, и, главное, так музыкально, что сердце начинает чаще биться. Она выстраивает цикл в единую форму – всё подводит к кульминации на последнем и самом, пожалуй, известном этюде – ре-диез минор. И весь зал замирает. Переглядываешься с соседкой, которую до этого терзал кашель – у неё большие удивлённые глаза, в которых явно читается восхищение. Крики браво раздаются, как только гаснет последний звук. Хочется немного посочувствовать Михаилу Красненкеру, который завершает концерт. Он уже начинает играть «Трагическую сонату» Метнера, а у тебя в ушах продолжает звучать Скрябин. Однако публика остаётся в восторге и от его игры, так же бурно аплодирует и кричит браво.

Ты бредёшь домой, едва успев выскочить из закрывающейся академии, с приятным чувством удовлетворения от встречи с настоящим искусством, которое появляется, только когда исполнитель выкладывается на сцене, не теряя при этом в качестве. Здорово осознавать, что рядовой, казалось бы, концерт класса одного преподавателя может стать эмоциональным открытием. Хочется верить, что такие встречи будут происходить чаще.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *