Рубрика: Крупным планом

Главные события, которые невозможно пропустить.

Такие разные сарказмы

Над циклом «Сарказмы» op.17 Прокофьев работал в 1912-1914 годах. В своей «Автобиографии» он писал о «Сарказмах» так: «…в них сильнее, чем в других вещах того периода, выразились поиски нового языка». Этот цикл стал для композитора своеобразной эмоциональной лабораторией. Каждая пьеса – новый взрывоопасный коктейль – вот-вот рванет. Иногда кажется, что от непоправимого уберегает только четкая, даже строгая форма этих «экзерсисов». Чтобы сдюжить такое произведение требуется нешуточное мастерство. Недаром эти пьесы называются «Сарказмами» – они словно насмехаются над исполнителем, подкидывая ему все новые и технические, и эмоциональные, и интеллектуальные головоломные задачки. Но сложность всегда привлекательна, поэтому неудивительно, что op.17 Прокофьева значится в концертных программах сонма пианистов. 

Сергей Прокофьев

Любое сочинение всегда интересно слушать в интерпретации исполнителя, который ассоциируется с  совершенно другим репертуаром. Что, если сравнить, к примеру, «Сарказмы» прославленной прокофьеистки Екатерины Новицкой с «Сарказмами» таких признанных романтиков, как Вирсаладзе и Софроницкий? 

.

Прокофьев в этом цикле сразу берет «быка за рога» – начальные такты оглушают слушателя жутким утробным хохотом. Раскачиваться некогда и исполнителю – уже первая пьеса даёт исчерпывающее представление о мастерстве пианиста. Самой радикальной кажется интерпретация Новицкой-Херви. Восхищает её смелое, угловатое рубато и откровенные цезуры. Звук пианистки местами становится настолько хлестким, что кажется, будто слушателю дают пощечину. После такой «взбучки» приятно послушать Вирсаладзе – помимо всех очевидных достоинств она подкупает тем, что  оставляет место человечности хотя бы в единственной лирической теме этой пьесы. Что касается версии Софроницкого, то надо отметить, что он единственный, кто выдерживает весь «сарказм» в духе, предписанном автором в первой ремарке – tempestoso. Порой кажется, что каждый следующий такт, словно новый виток эмоциональной бури, спешит прозвучать и съедает, сметает концовку такта предыдущего.

Вторая пьеса графически обещает слушателю небольшую передышку, но даже в таком разреженном (правда, только в начале) пространстве находится место напряжению. Каждый выделяется чем-то своим: Вирсаладзе – пианистической структурированностью, придающей пьесе особую многослойность. На слух без труда можно отличить арпеджированный аккорд, выписанный петитом от аккорда со «змейкой» или стремительного волнообразного пассажа. Софроницкий добавляет в этот «сарказм» импрессионистические нотки – в «петитных» аккордах он берет педаль и подвешивает мерцающие, космические звучности.  Новицкая-Херви, кажется, вообще дышит каким-то особым образом, от ее обращения с музыкальным временем у слушателя возникает поразительное ощущение – цезуры, оттяжки, словно не поддаются логике, ты просто не можешь себе представить, когда прозвучит следующий аккорд, и непроизвольно задерживаешь дыхание. Номер три прекрасен у всех троих, но самая смелая интерпретация, пожалуй, у Софроницкого. В средней части он не боится с головой нырнуть в эти рыдания («singhiozzando»), меланхолию и нежность. 

Четвертый «сарказм» в его исполнении кажется живописным полотном с чередованием плотных и разреженных пластов. У Новицкой-Херви – это калейдоскоп прикосновений и звучностей – от игольчато острых до мягких, как теплый морской ветер. Вирсаладзе же в этой пьесе разворачивает настоящую драму, напоминающую сцену в комнате Петрушки из одноименного балета Стравинского – гневные выпады сменяются усталыми обреченными затуханиями, и все это в окружении острых льдин крайних разделов, не дающих герою выбраться из своей темницы.

К завершающей цикл пятой пьесе сохранилось авторская программа. Прокофьев так описал ее в своей «Автобиографии»: «Иногда мы зло смеемся над кем-нибудь или чем-нибудь, но когда всматриваемся, видим, как жалко и несчастно осмеянное нами; тогда нам становится не по себе, смех звучит в ушах, но теперь он смеется уже над нами». Эта жуткая картина отчетливо просматривается в интерпретации каждого исполнителя. Хочется только восхититься изобретательностью композитора – мажорная терция, которой заканчивается пьеса, звучит в настолько низком регистре, что её ладовая основа едва различима. Слышится только неопределенная леденящая угроза, кажется, будто тебя ждет какое-то возмездие, но вдруг понимаешь, что вокруг нет ничего, и это одиночество страшнее любого наказания.

Прослушать интерпретации Екатерины Новицкой и Владимира Софроницкого можно по ссылке: https://classic-online.ru/ru/production/1197

Фото: https://m.vk.com/wall-157241472_186, https://www.last.fm/ru, https://m.russiainphoto.ru/photos/64227/

Евгений Волчков: «Музыкально-литературная композиция – это настоящий спектакль»

27 октября заслуженный артист России Даниил Спиваковский и ансамбль русских народных инструментов «Рапсодия оркестра имени Осипова» представят в Концертном зале РАМ имени Гнесиных музыкально-литературную композицию «Одесские рассказы» по произведению Исаака Бабеля. Мы поговорили о новых возможностях, которые даёт жанр музыкально-литературной композиции, о совместной работе с Даниилом Спиваковским с руководителем и солистом ансамбля Евгением Волчковым.

Помимо «Одесских рассказов» ваш коллектив и Даниил Спиваковский выступают с множеством других подобных программ. Музыкально-литературная композиция — основное поле вашей деятельности?

В этом жанре мой коллектив работает уже более десяти лет. С Даниилом Спиваковским мы работаем шесть лет. За это время мы сделали около двадцати программ. Плюс у нас порядка сорока детских программ.

Что привело вас в это жанр?

Когда мы выпускаемся из академии, возникает вопрос – что делать после? Я задался этим вопросом до выпуска. Народные инструменты, что в оркестре, что в ансамбле, являются замечательным аккомпаниатором. Я знал, что многие оперные певцы исполняют русские песни, романсы. И они всегда предпочитают в качестве аккомпаниатора народный оркестр, нежели симфонический. И я подумал – почему бы не стать таким аккомпаниатором? К сожалению, в народно-инструментальной сфере, есть некий мыльный пузырь конкурсов, которых, по-моему, больше, чем у пианистов, скрипачей и вокалистов вместе взятых. И я не вижу реализации во вне этого пузыря. Я хотел бы, чтобы мы раскрыли этот пузырь и дали людям возможность показать себя.

Евгений Волчков

С чего вы начинали деятельность?

Мы начали с детских концертов. Сейчас модно начинать водить детей на концерты с двух лет. У нас даже были концерты для беременных мам. Но,когда маленького ребёнка приводят на «Сказку о рыбаке и рыбке», он ещё может не понимать Пушкина. И мы добавляли песочную анимацию, эбру(рисунки на воде), а чтец рассказывал сказку. И это увлекало ребёнка.

Как дети воспринимают народные инструменты?

Народные инструменты, умеют заигрывать с детьми и отлично ложатся на слух. Плюс репертуар у нас был простой, например, музыка Николая Будашкина к фильму «Морозко». В академической музыке не всегда просто найти детскую музыку. Она может называться детской, но всё равно её будет тяжело воспринимать.

Со временем вы стали делать программы для взрослой аудитории?

Детская программа выросла во взрослую. И там мы развернули наши возможности и репертуар на полную. 

Как вы начали работать с Даниилом Спиваковским?

Я видел его выступления в театре Маяковского. Пришёл на спектакль «Любовь глазами сыщика» и влюбился в работу этого актёра. Я ходил на этот спектакль раза четыре и каждый раз не мог оторваться. Когда пришло время делать взрослые программы, я подумал, что Спиваковский – это очень хороший вариант для нашей совместной работы. Я попросил нашего импресарио связаться с ним, и вот, готова наша первая совместная работа – «Сказ про Федота-стрельца». 

То, что вы делали, было ему близко?

Он не сразу на сто процентов понимал, что мы делаем. Но он осознавал, что здесь надо быть самим собой. У нас нужно играть как в театре, с той же энергетикой. 

Что дало участие Даниилы Спиваковского в ваших проектах?

Работа с ним для нас большое удовольствие и отличные перспективы на будущее. Благодаря работе с Даниилом Спиваковским на наш жанр обратили внимание антрепренёры. Они увидели, что музыкально-литературная композиция – не просто академический концерт, а настоящее сценическое действие. Даниил живой, он в действии, он великолепно создаёт атмосферу, передаёт ауру и характер персонажей. Он может в концерте разорвать на себе рубашку, сыграть на барабанах.

Разорвать рубашку – это срежиссировано или импровизация?

Он сам так поставил. У нас в «Мёртвых душах» есть один момент. Чичиков, сидя в тюрьме, осознаёт, что воруют все. А сам он не грабил честных людей. Те, кого он грабил – сами воры. И он рвёт на себе рубашку. После концерта говорят – «В зале Чайковского… Спиваковский голый!» Да, мы шокируем. Но Даниил здесь отрабатывает на все сто процентов. Возможно, другой актёр воздержался бы, но не Даниил. Он чувствует, что здесь нельзя иначе. 

Музыкальное сопровождение программы «Одесские рассказы» – еврейская народная музыка. Русские народные инструменты и еврейская музыка – удачное сочетание?

У нас в составе есть кларнет, он сразу отличает еврейскую музыку. А наши струнные народные инструменты, по сути дела, приехали с Ближнего Востока. Это были все разновидности тамбровидных инструментов. Потом они обрели свой русский голос.

Как вы отбирали музыкальный материал для концерта?

Для данной композиции мы взяли огромное количество народных песен и танцев, которые звучат на праздниках, гуляниях, свадьбах. 

В каком виде эта музыка попала к вам?

У нас в распоряжении были только партии кларнета в одну строчку. Но уменя в коллективе работают совершенно уникальные люди. Наш исполнитель на балалайке-контрабас Алексей Воробьёв – великолепный аранжировщик. И он сделал по ним аранжировки для всего ансамбля. 

Вы даже не могли послушать эту музыку?

Что-то удалось послушать в интернете. Но, в целом, это заново созданные композиции на основе подлинных еврейских мелодий. 

Для других программ вы тоже делаете аранжировки своими силами. Это позволяет вам не быть ограниченными только музыкой, специально написанной для народных инструментов?

Мы играем и классическую музыку. Например, у нас есть программа по новелле Стефана Цвейга «Письмо незнакомки», и там звучит концерт для фортепиано с оркестром Скрябина. Где бы народные инструменты могли играть такие произведения? Представьте – мы выходим в зале филармонии и объявляют: «Скрябин. Концерт для фортепиано с оркестром. Исполняет ансамбль русских народных инструментов…» Смешно, да? А мы можем это делать в жанре музыкально-литературной композиции. И мы можем играть всё — хоть Гайдна, хоть Моцарта.

Ваш коллектив много выступает по всей России.

Наши концерты транслируют в разных уголках страны. О нас узнают и приглашают в Самару, Казань. У нас в Казани целых два абонемента! Я и не думал, что это выйдет на такой уровень. В самой Московской филармонии не сказать, что мы себя очень хорошо чувствуем экономически. Но когда нашим участникам есть где заработать – тут уже что можно что-то делать для нашей сферы, для народных инструментов. Пусть это и бесплатно, благотворительно. Необязательно на этом зарабатывать деньги. Я играю сольные концерты и говорю: «Друзья, будет гонорар – хорошо, не будет – тоже хорошо». Я понимаю, что из-за этого мыльного пузыря, мы многие вещи упустили. Мы не можем ворваться в филармонические залы, где можно спокойно играть сольные концерты. 

Музыкантам мешает выйти на филармоническую сцену упор на конкурсы во время учёбы?

Конкурсы, как этап взросления музыканта – пожалуйста. Я сам формировался в этой атмосфере. Этот процесс позволяет обрести стабильность, лишний раз позаниматься. Но нам очень важен выход на филармоническую сцену. Я начинал с маленьким ансамблем, с детскими композициями, а сейчас в одной московской филармонии у нашего коллектива более тридцати концертов в сезоне. И больше народников там нет, кроме оркестра имени Осипова, при котором существует наш ансамбль.

Ваши программы открывают новые возможности для народных инструментов?

На наши концерты ходят не музыканты, а театральная и филармоническая публика. У нас, народников часто так бывает, что наши слушатели и зрители – это сами народники. Концертный зал академии — единственный большой зал в Москве, где постоянно выступают народники. И со Спиваковским мы будем выступать здесь впервые. Но мы можем не зависеть от этого зала.Наши площадки — Дом музыки, Светлановский зал, БЗК имени Чайковского. Наша аудитория – филармоническая. Там мы собираем полные залы. Значит, то, что мы делаем нужно людям. В этом концерте мы соберём филармоническую публику на основной площадке народников.

Беседовал Антон Бобырев

Музыканты о «непонятной» музыке

Продолжаем серию интервью на тему «Современная музыка».

О ее возможностях, преимуществах и недостатках рассуждает студент I курса по специальности «Композиция» Владимир Жеребцов

Что для тебя современная академическая музыка?

Я думаю, что современная музыка ведет свой отсчет с тех пор, когда композиторы начали проводить эксперименты – с музыкальными формами, принципами, концепциями, и на первый план вышла проблема созданиянового. Для меня эта музыка связана со множеством различных направлений, которые представляют и символизируют возникновение этого нового. Например, стохастическая музыка, сериализм, алеаторика и так далее. Если касаться временных рамок, то я бы вел отсчет с нововенской школы, то есть с начала XX века. 

Значит, ты считаешь, что кардинальный перелом произошел в XX веке и с тех пор ничего не менялось? 

Это официальная, общепринятая точка зрения, и я ее придерживаюсь.

Ходишь ли ты на концерты «актуальной музыки»

Очень редко, но случается. Из событий последнего времени меня заинтересовал и подтолкнул к размышлениям мастер-класс по импровизации в Шуваловской гостиной. Некоторое количество людей – исполнителей и слушателей – распределили в пространстве. Исполнители отбивали различные ритмические формулы через определённые временные промежутки. Зрители и слушатели сопоставляли звучания, доносившиеся отовсюду, и пытались осмыслить их как единство или как разрозненные элементы.

Каких современных композиторов ты знаешь? 

Шнитке, Губайдулина, Денисов, в первую очередь. Есть также в большей степени консерваторы, чем радикалы, например, Родион Щедрин и Сергей Слонимский. Из более молодого поколения я мог бы назвать разве что Мартынова. 

Чем творчество современных «продвинутых» композиторов привлекает или отталкивает? 

Композитор полагает, что способен создавать нечто в рамках абсолютно любых концепций, на основе любого музыкального языка. Это и отличает современную музыку от музыки предыдущих столетий  – отсутствие границкак таковых. Игра с этими границами, игра с ощущениями слушателя – вот этой беспредельностью возможностей и характеризуется эпоха. Отталкивает же неубедительное воплощение идей, возникших на основе этих беспредельных возможностей. 

Приходилось ли тебе играть современную музыку? Как исполнитель с какими трудностями ты сталкивался? 

Да, приходилось. Многие произведения не связаны с естественным переживанием, и это надо как-то преодолевать, навязывать себе восприятие современной музыки как естественной. Это могут быть неожиданные,совершенно непредсказуемые crescendo. То же самое касается штрихов, атаки, туше… Это интересно и способствует самоисследованию, но в то же время усложняет исполнение. Сложно и то, что современная музыка не укладывается в рамки аккордов, предполагаемых звучаний; трудно предугадать, что будет дальше. Очень часто нет никакой закономерной связи между соседними тактами или созвучиями. 

Какие проекты, фестивали, связанные с современной музыкой, ты знаешь? 

Союз композиторов. Еще мастер-классы, проводимые в том числе и в нашей академии. 

Как ты считаешь, какие позиции Россия занимает в сфере современной музыки

Думаю, что все это нашим государством не особо поощряется и финансируется – не так, как, например, во Франции, Австрии и других странах Европы. Бедствующее, нищенствующее положение у нас занимаетсовременная музыка. Внимание большинства музыкантов направлено на музыкальное искусство прошедших эпох, то есть традиционное, классическое. Что же касается актуального творчества – то это большая проблема, которую необходимо решать. 

Почему современная музыка тебе как композитору не очень интересна?

Потому что я предпочитаю опираться на опыт тех, кто придерживается  традиционных направлений. Если у меня появится стремление отразить что-то новое в своей музыке, то пусть это возникнет само собой. Мне бы не хотелось ориентироваться на своих современников.

Музыканты о «непонятной» музыке

Что такое современная академическая музыка? Это время, направление или набор композиторских имен? 

Вопросы, на которые непросто дать однозначный ответ. Современная — значит та, которая рядом с нами. Но то, что создается сегодня, не всегда отличается от того, что создавалось намного раньше. Сложная, не всегда понятная, рассчитанная в первую очередь на интеллектуальное восприятие, но вместе с тем и притягательная – современная музыка однозначно вызывает интерес и оказывается в центре дискуссий.

Студенты РАМ им. Гнесиных отвечают на эти и другие вопросы и рассуждают на тему современного музыкального искусства. 

Что для тебя современная академическая музыка? 

Екатерина Ключникова (фортепиано/музыкальная журналистика), II курс: 

Современная музыка делится для меня на две части. Первая — это музыка второй половины двадцатого века. И вторая часть – это музыка тех, кто пишет сейчас, молодых композиторов.

Диана Михеева (народные инструменты, домра, IV курс): 

Для меня это та музыка, которая начинается с XX века. 

Лидия Кошевая (композиция, V курс) 

По времени — наверное, последние 20 лет, с начала 2000-х. А по направлениям – сложно сказать: сейчас такое буйство разных школ! 

Павел Аксенов (инструменты эстрадного оркестра, тромбон, II курс) 

Это та музыка, которая появляется сейчас и существует рядом с нами. В наше время очень сложно придумать что-то новое, и на авансцену выходит не музыка, которую создает человек, а сам человек, личность. 

Игорь Романов (инструменты эстрадного оркестра, гитара, II курс) 

Это та музыка, которая родилась из классической в определённый момент, (насколько я помню, в послевоенное время), и, как следствие, стала новым направлением. Для меня современная музыка – это и музыка к фильмам, и концерты выдающихся музыкантов. 

Максим Санин (инструментальное исполнительство, ударные, III курс) 

Наверное, можно считать современной музыкой весь XX век и то, что создается сейчас, в том числе творчество молодых композиторов.

Денис Добровольский (музыковедение, IV курс) 

Для меня это, скорее, новейшая музыка последних двух десятилетий. Мне кажется, все зависит от техники композиции, от новизны звучания. Сейчас есть современные композиторы, сочинения которых напоминают музыку начала XX века, и это немного не то.

Денис Добровольский

Ходишь ли ты на концерты современной музыки? Или на постановки современных опер, перформансы? 

Екатерина Ключникова 

Бывает. Я хожу и на концерты, где звучит только современная музыка и на те, где есть произведения, как классиков, так и современных композиторов. Постановки современных опер пока не смотрела.

Диана Михеева

Признаюсь честно, мне иногда бывает сложно понять современные оперы. Не так давно я была на «Отелло», на современной постановке. У меня даже протест какой-то возник, потому что некоторые элементы спектакля оскорбляли мое восприятие. Если говорить о современных мюзиклах, то это здорово. 

Лидия Кошевая

Да, хожу активно. Люблю концерты Студии новой музыки, МАСМа, всегда хожу на программы Altro Coro. Люблю синтез искусств, когда перформансы и хеппенинги всякие происходят. Но я стараюсь посещать и концерты «старых мастеров». Эта музыка может быть не такая прогрессивная, но, тем не менее, часто вызывает эмоции, что, мне кажется, очень важно. 

Павел Аксенов

Меня это интересует, но я редко посещаю такие мероприятия.

Игорь Романов 

Я бывал на концертах академического вокала. На одном из последних звучала музыка французских композиторов — насколько я помню, как современных, так и классиков.

Максим Санин

Хожу, но не могу сказать, что мне всё понятно. Кстати, недавно я как ударник участвовал в современной постановке оперы «Влюблённый дьявол». 

Денис Добровольский 

Да, последние полтора года в основном я хожу на концерты современной музыки. А если выбираю концерт с классико-романтической программмой, то иду ради имен, ради хороших исполнителей.

Екатерина Ключникова

Когда последний раз ты посещал(а) одно из таких событий? И какое? 

Диана Михеева

Недавно я была на юбилейном концерте одного современного композитора. Музыка очень интересная – не сказать, что Прокофьев или Шостакович… Что-то простое, как саундтрек из фильма, неоклассика, наверное. Не скажу, что мне это близко, потому что это чуть-чуть примитивно.

Лидия Кошевая

В начале года я ходила на концерт Студии новой музыки «Авангард и фольклор». Они играли Сысоева, Берио – фольклор, прочитанный новым языком. Концерт вызвал хорошие эмоции и произвел яркое впечатление. 

Павел Аксенов

Давно, в прошлом году. Это был концерт моего друга в Новосибирске. Там звучала его музыка, и музыка других ребят, которые учатся в консерватории.

Максим Санин

Недавно я был на концерте, где ансамбль «Студия новой музыки» исполнял музыку Эдисона Денисова. Во многом этот концерт стал для меня открытием. 

Денис Добровольский 

Совсем недавно ходил на «Орфические игры». Очень люблю Электротеатр «Станиславский» – это место для экспериментов.

Максим Санин

Каких современных композиторов ты знаешь? 

Екатерина Ключникова

Что-то мне Маноцков первым приходит в голову. Еще Смит, Шульхофф. Стравинский, конечно — всегда новый и разный. Еще минималисты: Павел Карманов, Стив Райх, Терри Райли. Преподаватели Московской консерватории, Гнесинки. Вот, например, в гнесинской десятилетке преподаватель школы, кларнетист и композитор Антон Прищепа сделал проект «Gnessin counterpoint». 

Диана Михеева

Честно говоря, затрудняюсь с ответом. Мне очень нравится американский композитор Джон Уильямс. Ханс Циммер, кинокомпозитор – это просто моя любовь.

Лидия Кошевая

Из тех, кто в последнее время мне очень близок, — Кайя Саариахо, Стин-Андерсен, Хаас, Пярт. Еще Валерия Авербах, это композитор из Челябинска, она сейчас живет в США. Из русских композиторов ориентир для меня — наверное, мой профессор, Алексей Львович Ларин.

Павел Аксенов

Я мог бы назвать ребят из Новосибирска — там есть несколько  композиторов. 

Игорь Романов 

Ханс Циммер, Эндрю Норман, Людовико Эйнауди. Из джазовых – Уинтон Марсалис, Ренди Брекер, Скотт Хендерсон. Их очень много.  

Максим Санин

Я как ударник могу назвать композиторов, которые имеют непосредственное отношение к ударным инструментам — Ксенакис, Кейко Абе, Живкович. И еще Денисов. 

Денис Добровольский 

Клаус Ланг для меня – один из самых интересных зарубежных композиторов. Мне нравится музыка Т. Мюрая, К. Саариахо, Ж. Гризе, С. Шаррино; есть интересные вещи у Г. Ф. Хааса. Из русских – А. Ретинский, Д. Курляндский. Также, недавно я узнал о британских композиторах – Дж. Уиксе, К. Фоксе и М. Финнисси. 

Лидия Кошевая

Чем современная академическая музыка принципиально отличается от того, что ты изучаешь в курсе истории музыки?

Павел Аксенов

Возможно, современную музыку отличает больший концептуализм, большая конструктивность. То, что происходит сейчас – это итог исторического развития. Ничего кардинально нового придумать невозможно, потому что все новое основано на опыте предыдущих лет. 

Игорь Романов 

Я думаю, в современной музыке больший простор, другие идеи. Это отказ от шаблонов и неких правил. Все стремятся к какому-то фьюжну. 

Максим Санин

В каком-то плане музыка стала менее мелодичной и более резкой. Думаю, так произошло потому, что в мире происходили огромные изменения — всё ускорялось, преобразовывалось, создавалось что-то новое. И музыка – это  реакция на мировые события. 

Денис Добровольский 

Изменился взгляд композитора на музыкальный материал и на возможности работы с ним. В сочинениях также усилилась концептуальная сторона. Если говорить о звуковой реализации, то первое, что отличает, — это особенности звуковысотной организации. 

Игорь Романов

Чем она привлекает или, наоборот, отталкивает? 

Екатерина Ключникова 

Она непонятна для нас, мы к ней не привыкли. А привлекает новизной, конечно. Привлекает злободневностью. Музыка XXI века такая же, как и наш век. С другой стороны, лично меня именно этим она и отталкивает, потому что мне не очень нравится наше время — всё слишком быстро, торопливо, слишком на бегу, мы не сильно задумываемся о том, что делаем, обесцениваются какие-то человеческие понятия, которые должны быть общечеловеческими. 

Диана Михеева

Ну, конечно, привлекает всякими «фишечками», нововведениями. Мосолов, например, ввел такие интересные вещи, как урбанизация или урбанизм. Привлекает тем, что это всегда что-то новое. Чем отталкивает? Расскажу подробнее об одном концерте. Музыка два часа крутилась на одном месте, было ощущение, что композитор развивал одно-единственное тематическое ядро. И все это до ужаса просто — никаких переходов, ничего такого, что могло бы тронуть душу. Слишком нецепляюще, примитивно, хотя представлено это было очень эффектно. 

Лидия Кошевая

Привлекает своей непредсказуемостью. Это всегда что-то новое, чего я еще не знаю. Отталкивает тем, что она очень часто бездушна, совершенно халтурно выполнена. Часто люди не видят граней между новаторским, интересным и просто повторением чего-то, что было в XX веке. Часто за трюками, за концепцией не скрывается вообще ничего, мысли нет. Я за то, чтобы в музыке все-таки присутствовала душа, как бы нова и концептуальна эта музыка ни была — это всегда должно быть ради чего-то, осмысленно. 

Павел Аксенов

Меня в современной музыке привлекает не сама музыка, как ни странно, а люди, которые ее исполняют и пишут. Интересно наблюдать за их открытиями. Она может отталкивать только тех людей, которые слишком консервативны. 

Игорь Романов 

Не могу сказать, почему мне это нравится или не нравится. Наверное, это вопрос вкуса. Думаю, что это происходит на эмоциональном уровне. 

Максим Санин

Отталкивает, наверное, своей непонятностью, своим сумбуром в какой-то степени. А привлекает тем, что каждый может найти в ней что-то своё, потому что она заставляет переживать и сочувствовать. Но, для того, чтобы её понять, нужно подготовиться. Привлекает ещё и тем, что при прослушивании вызывает иногда какие-то новые ощущения и эмоции, быть может, не совсем привычные

.Денис Добровольский 

Меня всегда привлекала музыкальная сторона. Я имею в виду тембры и их сочетания. Интересно наблюдать, что с ними происходит, как они смешиваются и образуют разные звуковые текстуры. Что отталкивает, не знаю. Я всегда стараюсь найти что-то, за что можно ухватиться, какие-то интересные моменты. 

Диана Михеева

Приходилось ли тебе играть современную музыку? Что в ней трудно для исполнителя?

Екатерина Ключникова

Я играла Бартока, Хиндемита, вокальные циклы Задерацкого. Сложно в этой музыке то, что она написана «от головы». Сначала ты должен считать структуру, разобраться в ней, разложить по полочкам, а потом до тебя дойдёт, какие чувства и мысли закладывал автор. 

Диана Михеева

Я с народной кафедры. Лет двадцать назад наши профессора начали интенсивно налаживать связь с современными композиторами. И сейчас мы исполняем много музыки Броннера, Подгайца. Они пишут для мандолины, домры, балалайки. Сложности, конечно, есть, но эти авторы тесно сотрудничают с исполнителями: всегда рассказывают о содержании, помогают разобраться с техническими трудностями, и это здорово. 

Лидия Кошевая

Да. Но мне не приходилось исполнять современную музыку, которая была бы сверхсложно написана. Как правило, самый большой камень преткновения – это когда исполнитель берется за партитуру и понимает, что он просто не может разобраться в количестве значков, ремарок. И просто разобрать нотный текст – это уже такое количество времени, что не остается никакого желания работать дальше. Второй пункт: исполнители как бы готовы, им как бы интересно, но они в процессе работы так и не доходят до понимания, про что это. Но если есть желание и интерес, можно сыграть что угодно. 

Павел Аксенов 

Конечно, приходилось. Иногда современную музыку пишут люди, не очень опытные в инструментовке — им не хватает более конкретного знания многих инструментов, для того, чтобы написать правильную, логичную партию для исполнения. Технически это порой странно сделано. В современной музыке часто используются какие-то сложные технические приемы. 

Игорь Романов 

Да. Современная музыка ритмически менее организованная. Сложности бывают технические. Иногда, например, в наших гитарных произведениях  появляется трудноисполнимая мелизматика. 

Максим Санин

Да, приходилось. И основная сложность – это переменные размеры. Но, если мы этому обучены, то это не составляет труда. В основном могу отметить технические сложности, но и они преодолеваются. Бывает так, что одному человеку приходится играть сразу на нескольких инструментах. И, как правило, эта музыка требует от исполнителя огромной концентрации. 

Денис Добровольский 

Да, я что-то разбирал для себя, например, «Двенадцать нотаций» П. Булеза. Играл музыку С. Райха. Бывает, разбор произведения занимает много времени. Из трудностей можно отметить довольно продолжительное время разбора произведения. Это связано в основном с ритмическими сложностями и новыми фактурными изобретениями. Технические трудности есть везде, но это вполне реально исполнить. Здесь очень важна точность, детальная проработка. 

Павел Аксенов

Какие проекты, фестивали, связанные с современной музыкой, ты знаешь? 

Екатерина Ключникова 

Дягилевский фестиваль, наш проект Gnesin Contemporary Music Week. «Резиденция», например.

Диана Михеева

Я знаю, что у Святослава Липса есть современный проект, концерты которого проводятся несколько раз в год. 

Лидия Кошевая

Дягилевский фестиваль в Перми, например. Мне очень нравится, что появилось движение современной музыки у нас в Гнесинке – Gnesin Contemporary Music Week. 

Павел Аксенов

Фестиваль Art Music. Gnesin Contemporary Music Week. 

Игорь Романов 

Слышал о Gnesin Contemporary Music Week. 

Максим Санин

«Другое пространство». Ансамбль «Студия новой музыки» при консерватории постоянно создает необычные и интересные проекты. 

Денис Добровольский 

Gnesin Contemporary Music Week. «Другое пространство», «reMusik», «Территория» и отчасти Дягилевский фестиваль. Но, мне кажется, что основные фестивали современной музыки сосредоточены все-таки в Европе.

Как тебе кажется, Россия сейчас какие позиции занимает в области современной музыки? А в каких странах современную музыку любят, ценят и финансово поддерживают? 

Екатерина Ключникова 

На мой взгляд, у России позиции не самые передовые. Но у нас в принципе исторически идёт отставание. Время такое сейчас, что политики не сильно смотрят на искусство вообще. Оно, наверное, считается ненужным для общества. Причем это не только у нас, но и на Западе — везде всё одинаково.

Лидия Кошевая

Думаю, что не лидирующие и не отстающие. Мы гонимся за Европой, может быть, слишком подражаем ей. В Западной Европе, особенно в Германии, Австрии, Франции, отношение иное. Сейчас, по-моему, Скандинавия поднялась, Дания. В Финляндии появляются новые имена.

Павел Аксенов

Я думаю, мы немного отстаем от европейских стран, но отставание невелико. Другое отношение в странах Северной Европы – Норвегии, Финляндии, Швеции.

Игорь Романов

Думаю, Европа впереди. А поддерживают современную музыку в Италии, Франции, Германии. В США. 

Максим Санин

Мы точно не первые, потому что уделяем мало внимания современной музыке. Мне кажется, нужно приглашать специалистов из-за рубежа или самим ездить на стажировки за границу. Думаю, что, например, в Англии, Италии, Франции все это находится на совершенно другом уровне. 

Денис Добровольский

Мне сложно судить, потому что я не жил за границей. Говоря о России, могу предположить, что мы достаточно изолированы. Некоторые проблемы есть и в образовании – педагоги иногда бывают консервативны. Думаю, что в Европе — Германии, Франции, Италии – ситуация совершенно иная.

Диана Михеева

Не думаю, что лидирующие. У нас очень богатая славянская культура, старинная и самобытная. Нам следует опираться на нее, и тогда будет что-то свое, особенное. Я думаю, что в Европе, особенно в Германии, и в Америке отношение к современной музыке гораздо лучше. 

Вадим Репин: «Самый трудный метод – академический. Самый легкий – пускать пыль в глаза»

Мостмежду востоком и западом. Лучшие музыканты России, которые покоряют сердца слушателей во всём мире. Величайший скрипач современности Вадим Репин. Всё вместе это рождаетуникальное событие в мире музыкальной культуры, Транссибирский арт-фестиваль, который в этом году проходит в шестой раз, с 21 марта по 13 апреля.

Безумный рыцарь XXI века

В театре «Геликон-опера» премьера. Барочная опера Генделя, в основе которой  «Неистовый Роланд» Лудовико Ариосто и трагическое событие XXI века (одно из самых массовых убийств в истории США) тесно переплелись в новом спектакле «Орландо, Орландо» Георгия Исаакяна.

Якуб Орлиньский. Молодая звезда барокко

Орлиньский в произведениях Вивальди, Генделя и Фаго уловил грань между духовностью и страстью, божественным и человеческим, и показал публике зала «Зарядье» филигранную игру сильных аффектов, невероятно мощно воздействующую на слушателей.