Своими глазами

Минимализм и жемчуг

Два года назад на Камерной сцене им.Б.А.Покровского Большого театра появился забытый оперный шедевр — «Искатели жемчуга» Жоржа Бизе в постановке Владиславса Наставшевса. По мнению Филиппа Геллера, спектакль может считаться одним из лучших в Москве.

Этой опере с самого начала не особо везло — 24-летний будущий автор «Кармен» дебютировал сим сочинением в парижском Театре Лирик в 1863 году. Смелую и революционную партитуру с необычными гармониями, пряным стилизованным восточным колоритом критики приняли в штыки. Бизе объявили в подражании Вагнеру, но за композитора заступились драматург Людовик Галеви и великий Гектор Берлиоз. Последний писал, что в этой опере «множество прекрасных выразительных моментов, полных огня и богатого колорита». Однако после 18 представлений сочинение сняли и вспомнили о нём лишь после смерти автора. В 1893 году появилась новая редакция оперы, выполненная директором Опера Комик Леоном Карвальо. Несколько переработав оркестровку, сделав некоторые купюры и изменив финал, он создал ту самую версию, которая идёт до сих пор во всех театрах. Только на Камерной сцене Большого театра можно услышать оригинальный и полный замысел композитора: здесь исполняется первая редакция самого Бизе, восстановленная в 2002 году Брэдом Коэном на основании автографа дирижёрской партитуры 1863 года.

Само произведение — выдающийся по своей красоте образец жанра французской лирической оперы. Мастерски написанные каватины, романсы, арии, дуэты сочетаются с хоровыми сценами, созданными в стилизованно-ориентальном духе. Только французы могут писать о любви настолько чувственно и сладострастно— чего только стоит великолепный по своему мелодизму дуэт Надира и Лейлы во втором акте! Утончённость, тонкость, вкус— вот отличительные черты этого произведения. Бизе здесь предстаёт, прежде всего, чудесным романтическим композитором.

Режиссер Владиславс Наставшевс (кстати, это его дебют в опере) оставил за бортом условно-этнографическую концепцию спектакля и создал минималистичную постановку, выведя на первый план роскошь музыки. От Индии в его версии осталась пластика— в виде медитативных поз артистов в первом акте. Большое внимание постановщик уделил языку тела — здесь все сосредоточено на взглядах и жестах. Главным персонажем оперы в интерпретации Наставшевса стал Зурга — страдающий, борющийся со своими чувствами, и в итоге преодолевающий их. Переборов жуткую ревность, он спасает жизнь любимой девушке, которая влюблена в его друга… Для режиссера это произведение —  «история человека, который жертвует собой во имя дружбы и во имя любви, пусть и безответной, во имя благодарности». Действие спектакля происходит в белой «коробке», которая благодаря виртуозной работе художника по свету Алексея Стихина постоянно меняет цветовую окраску (еще одна несомненная удача этой версии). Отдельно стоит сказать про костюмы телесного цвета авторства Елисея Косцова — они подчеркивают аскетичность постановки.

Дирижер-постановщик Алексей Верещагин проделал фантастическую работу — оркестр под его руководством отличался истинно европейским звучанием, максмальным вниманием к интонационной составляющей, восхитительно проработанной динамикой. Чувствуется, что маэстро говорит с композитором на одном языке и это, несомненно, радует. Из-за камерного пространства пришлось сокращать состав оркестра — однако даже это не помешало выразительной музыке Бизе звучать в полную силу.

Исключителен по своему профессионализму состав артистов — в этот вечер на сцене был идеальный каст. Темпераментный и деспотичный Зурга (Азамат Цалити) в конце оперы превращается в благородного и высокодуховного человека, который переступает через себя. Артист блестяще передавал внутреннее состояние своего героя, противоречивость его натуры — как актерски, так и вокально. Одним из главных открытий спектакля стала Лейла в исполнении Тамары Касумовой. Ее невесомый ангельский голос и блестящая техника сотворили чудо — подобной красоты и проникновения в музыку еще не приходилось слышать. В образе ее персонажа сочетаются нежность и внутренняя сила — ведь она готова отдать свою жизнь за любимого. Великолепен Надир (Ярослав Абаимов) — тенор продемонстрировал массу нюансов и деталей в фразировке, динамике, артист представил очень тонкую и вдумчивую актерскую работу. Хорош Нурабад (Кирилл Филин),  властный и величественный верховный жрец. Жаль, что роль совсем небольшая.

Эта постановка — большая победа и гордость театра, который показал, что и раритеты могут собирать полный зал. Спектакль современен и вместе с тем верен духу первоисточника — режиссер с труппой проделали огромную работу и результат оставляет незабываемые впечатления.

Филипп Геллер
+ posts

Вам также может понравиться...